СВОБОДНАЯ (НЕОФИЦИАЛЬНАЯ) ПЛОЩАДКА ДЛЯ ОБСУЖДЕНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ
28.03.2016 Ставцева: Своим непониманием чиновники вынудили нас выйти на пикет
22.03.2016 «Прямо на глазах воруют!». В Орле состоялись публичные слушания по скандальному строительству возле 38-й школы
21.03.2016 Пленум городского комитета КПРФ снял с должности Первого секретаря горкома М.Навлева
25.02.2016 Депутаты-коммунисты Госдумы потребовали остановить разрушительную реформу здравоохранения
14.02.2016 В Орле прошел Всероссийский экономический форум
21.12.2015 Депутат облсовета Павел Будагов и его брат объявлены в уголовный розыск
21.12.2015 В Орле депутата облсовета задержали за езду пьяным
05.08.2015 Г.А. Зюганов выступил на телеканале «Россия 24» ГТРК «Орел»
05.08.2015 Г.А. Зюганов: «Я горжусь, что родился на Орловщине»
04.08.2015 Вадим Потомский недоволен темпами строительства домов на месте взрыва

 
Политическая перезагрузка
2012-выбор.рф Все для обдуманного выбора
Рекламный блок:

Бои «местного значения»

6-я гвардейская стрелковая Ровенская, ордена Ленина, Краснознамённая, ордена Суворова дивизия — одно из самых известных воинских соединений, сражавшихся на Орловщине. Во-первых, потому, что она была сформирована здесь, на Орловской земле, в Ливнах, как 120-я стрелковая, во-вторых, потому, что непрерывно, с октября 1941-го и по лето 1943 года, сражалась именно в наших краях, в-третьих, она участвовала во многих крупнейших сражениях Великой Отечественной войны: Московской и Курской битвах, Киевской оборонительной и Киевской наступательной операциях, Житомирско-Бердичевской, Ровенско-Луцкой, Львовско-Сандомирской, Сандомирско-Силезской, Нижнесилезской, Висло-Одерской, Берлинской и Пражской наступательных операциях. Эта прославленная дивизия освобождала Ельню, Шостку, Ровно, форсировала Десну, Днепр, Припять, Вислу, Одер.

Трое из сменявших друг друга ее командиров стали Героями Советского Союза — Филипп Черокманов, Дмитрий Онуприенко, Георгий Иванов.

Каждый из стрелковых полков дивизии сам по себе был удостоен нескольких орденов, а два полка носили почётные наименования: 4-й гвардейский стрелковый Одерский Краснознамённый, орденов Богдана Хмельницкого II степени и Александра Невского; 10-й гвардейский стрелковый орденов Кутузова III степени и Александра Невского; 25-й гвардейский стрелковый Висленский орденов Богдана Хмельницкого II степени и Александра Невского.

Но так уж вышло, что всю свою славу дивизия заслужила, воюя в других местах. А на Орловщине в основном довелось 6-й гвардейской и её полкам нести огромные потери и обливаться кровью. Так было, к примеру, во время чрезвычайно неудачной для Красной армии Болховской наступательной операции (февраль — апрель 1942 года), в которой участвовала 6-я гвардейская стрелковая дивизия.

Так было и в боях местного значения мая — декабря 1942 года, когда дивизия заняла новые позиции на границе Верховского и Покровского районов Орловской области. О них, этих боях, я и расскажу с помощью полковника запаса Э. М. Студенникова, который в поисках сведений о своём погибшем отце в течение месяца изучал документы 6-й гвардейской дивизии, хранящиеся в фондах ЦАМО в Подольске (журнал боевых действий, боевые приказы командира дивизии, донесения штабов частей, директивы и приказы управления тыла, штатно-должностную книгу учёта офицерского состава и другие).

Отец Эдуарда Михайловича, уроженец Орловской области Михаил Студенников, помощник начальника штаба 25-го гвардейского стрелкового полка, был убит 25 августа 1942 года у деревни Вязоватой (Вязоватое) современного Покровского района. Сын пытался по архивным данным уточнить место захоронения отца. Результатом поисков стали сведения о боях полка и дивизии весной — осенью 1942 года. Такая информация долгое время являлась только служебной.

Итак, 14 мая 1942 года 6-я гвардейская стрелковая дивизия получила боевую задачу — выдвинуться к переднему краю обороны противника, сменив отводившиеся в тыл или на другие позиции части 8-й, 211-й и 284-й стрелковых дивизий. 18 мая дивизия задачу выполнила, потеряв во время проведения разведывательных действий четыре человека убитыми и восемь — ранеными.

Передний край обороны оказался на рубеже: отметка 215,3 — западные скаты безымянной высоты — западная окраина деревни Мелевое — высота 242,8 — западные скаты высоты 236 (эти ориентиры находятся в пограничной полосе между современными Верховским и Покровским районами).

В течение двух недель в прифронтовой полосе было затишье, а 1 июня 1942 года командир 6-й гвардейской полковник Ф. Черокманов отдал приказ командиру 25-го гвардейского стрелкового полка майору Н. Смирнову захватить деревню Вязоватое, располагавшуюся на господствующих над окружающей местностью высотах (эта деревня входит ныне территориально в состав Вышнетуровецкого сельского поселения Покровского района).

В 23.00 усиленный отряд 25-го гвардейского стрелкового полка после пятиминутной артподготовки, перешёл в атаку на противника, оборонявшего Вязоватое (ночная атака была необычным явлением в тогдашней тактике, и наши бойцы рассчитывали на успех таких действий). В 23.25 подразделения полка ворвались в северо-восточную часть деревни и в течение двух часов вели жестокий бой за овладение населённым пунктом. В половине второго ночи стрелковому взводу при поддержке группы автоматчиков удалось прорваться в юго-западную часть Вязоватого, но это был последний успех гвардейцев.

В 1 ч. 40 мин. противник силами двух рот перешёл в контратаку сразу с двух направлений. К двум часам ночи гитлеровцам удалось оттеснить наших бойцов к центру деревни, отрезав часть отряда 25-го гвардейского стрелкового полка, находившегося в юго-западной части Вязоватого.

С трёх часов ночи до десяти утра в деревне шёл сильный уличный бой, в котором погибла вся отрезанная часть отряда.

Для поддержки сражавшихся в Вязоватом бойцов командир 25-го полка Смирнов ввёл в бой третью стрелковую роту, а первая стрелковая поддерживала наступление огнём из основного района обороны. Однако закрепиться в деревне не удалось. Под воздействием сильнейшего пулемётного и минометного огня, под угрозой неминуемого окружения наседавшим противником оставшиеся в живых гвардейцы с 11.00 начали отход в лощину северо-восточнее Вязоватого, где окопались и вели бой до конца дня 2 июня. Лишь ночью немногие уцелевшие из усиленного отряда 25-го гвардейского стрелкового полка смогли соединиться с основными силами дивизии.

Так закончилась первая попытка взять деревню Вязоватое, итогом которой было 162 человека убитых и 69 раненых.

В течение месяца после этого дивизия не предпринимала активных действий, отбивая редкие попытки гитлеровцев прощупать крепость нашей обороны. Командир же дивизии Ф. Черокманов посчитал, что неудача первоиюньского наступления крылась в недостаточном количестве информации о противнике и его огневых точках.

Поэтому по его приказу 4 и 5 июля разведгруппы 4-го и 25-го гвардейских стрелковых полков отправлялись в тыл противника — для получения необходимых сведений об оборонительных позициях гитлеровцев. Результатом двух вылазок стали 27 погибших гвардейцев и полное отсутствие новой информации о живой силе и технике фашистов.

Огневые позиции гитлеровцев в Вязоватом в этом же месяце подверглись бомбовому удару нашей авиации, но о его результативности командованию 6-й гвардейской узнать не удалось.

И тем не менее штаб дивизии разработал новую операцию по захвату Вязоватого, наметив её начало на 25 июля. Целью операции было лишение противника плацдарма на восточном берегу реки Труды и улучшение позиций своего края обороны.

По замыслу командира дивизии удар на Вязоватое наносился с двух сторон, в результате чего наступавшие должны были выйти на берег реки и там закрепиться.

В 3 часа 20 минут 25 июля 1942 года миномёты 48-го гвардейского миномётного полка произвели мощный огневой залп по противнику, после которого перешли в атаку 1-й и 2-й батальоны 25-го гвардейского стрелкового полка. Однако наступление почти сразу же было остановлено сильным артиллерийским огнём гитлеровцев. Понеся большие потери, особенно — в командном составе, 1-й батальон 25-го гвардейского полка (его командир был убит) в 7 ч. 30 мин. начал отходить.

2-й батальон полка атаковал более удачно. 5-я стрелковая рота ворвалась на юго-западную окраину Вязоватого и в ожесточённой штыковой атаке уничтожила до 50 фашистов. Но под воздействием сильнейшего артиллерийско-миномётного огня противника рота потеряла до 75% личного состава и почти всех командиров (в живых остался лишь один средний командир), и потому 2-й батальон тоже отошёл.

Наступление захлебнулось. Всю ночь на 26 июля и в течение дня подразделения полка приводились в порядок. 2-й батальон 25-го гвардейского полка был пополнен 3-й стрелковой ротой учебного батальона, и в 4.30 утра 27 июля после получасового артобстрела переднего края противника подразделения полка вновь перешли в наступление. Отдельные группы 1-го батальона 25-го полка прорвались на северо-западную окраину Вязоватого, но дальше продвинуться не смогли.

2-й батальон 25-го гвардейского стрелкового полка силами 5-й, 6-й стрелковых рот и 3-й роты учебного батальона ворвался в отдельные дома, что располагались у рощи на южной окраине деревни, но понес большие потери и дальше также продвинуться не смог. Подразделениям было приказано закрепиться на достигнутых рубежах.

Потери убитыми в 25-м гвардейском полку в боях 25—27 июля составили 444 человека (из них — 100 человек младшего и среднего комсостава).

Ещё через месяц, 27 и 28 августа, дивизия проводила опять-таки частную операцию по захвату высоты 233,3 у Вязоватого и самого Вязоватого. С 6.00 27 августа после 15-минутной артподготовки 7-я и 8-я стрелковые роты 3-го батальона 25-го гвардейского стрелкового полка, проделав проходы в проволочных заграждениях, стали продвигаться вперёд — с целью атаковать дзоты противника, но были остановлены его сильным огнём. Три раза пытались роты пробиться через проволочные проходы и три раза отбрасывались назад мощным огнём фашистов. Роты окопались. Введённые в бой через час 5-я и 9-я стрелковые тоже были остановлены и тоже окопались.

Результатами боя стали потери в количестве 158 бойцов и командиров (помощник начальника штаба 25-го гвардейского стрелкового полка капитан Михаил Студенников был убит как раз накануне проведения этой операции, 25 августа 1942 года, в ходе рекогносцировки места планируемого наступления).

Я привёл только четыре эпизода из боёв «местного значения», которые вела 6-я гвардейская дивизия летом 1942 года. Но ведь были и последующие схватки, уже осенние, такие же неудачные и кровопролитные.

С 25 по 27 сентября бойцы дивизии пытались отбить у противника высоту 257,2 и захватить пленных. Результат — 149 убитых с нашей стороны.

Ту же высоту и соседнюю с ней, 242,6, снова безрезультатно, пытались взять 10 и 11 октября 1942 года. Результат — 42 погибших.

За семь месяцев (дивизия не сменялась на этом участке фронта до конца декабря) 6-я гвардейская потеряла 1095 человек. Правда, если считать по спискам безвозвратных потерь, а не по донесениям, то число погибших возрастёт ещё на 200 человек.

При чтении всех архивных материалов, разобранных, изученных, бережно переписанных и присланных мне в копиях Эдуардом Михайловичем Студенниковым, меня поразили, конечно, и эти, процитированные выше, в которых я увидел совершенно бессмысленные и неоправданные потери, но не только. Гораздо более сильное впечатление произвели на меня два документа.

Первый из них — приказ командира 6-й гвардейской стрелковой дивизии по тылу — от 28.05.42 г., перед первым большим наступлением (помнишь, читатель, бой в ночь с 1 на 2 июня?):

«2. Для захоронения трупов в частях к 25.05.42 г. создать отделения в количестве 15 человек и двух повозок.

Команды укомплектовать за счёт личного состава тыловых подразделений старших возрастов.

3. Ответственность за захоронение трупов в районах размещения воинских частей возложить на начальников санслужбы частей и дивизионного врача.

Штат дивизионной команды ДПП (скорее всего, это — дивизионный похоронный пункт):

начальник команды, техник-интендант II ранга — 1,

военный фельдшер II разряда — 3,

командиры отделений, сержанты — 3,

рядовые — сапёров — 3, шофёров — 1, стрелков — 12, повозочников — 3.

Всего — 26 человек.

Повозок парных — 3,

лошадей — 6,

автомобиль ГАЗ-АА — 1,

миноискатели — 3».

Второй документ — не приказ, а просьба начальника штаба 4-го гвардейского стрелкового полка гвардии капитана Кривоносова, оформленная запиской начальнику 5-го отделения 6-й гвардейской стрелковой дивизии — от 10.10.1942 года:

«Прошу выслать команду погребений для подбора трупов и организации их похорон на предстоящую операцию 10.10.42 г.»

И сколько же могил только за 7 месяцев боёв на нашей родной орловской земле выкопали для своих товарищей солдаты из похоронных команд! По подсчётам Э. М. Студенникова, их насчитывалось не менее 150. Некоторые могилы были достаточно большими по числу погребённых, другие — одиночными.

Попробую перечислить хотя бы часть из них и назову число захороненных у этих деревень и сёл советских солдат: д. Ивановка (Верховского района) — 11 человек, д. Вязоватое — 639 (здесь погибло больше всего, и могил, скорее всего, было несколько), д. Коробка — 56, д. Красные Лужки (Лучики?) — 6, д. Туровец — 13, д. Липово — 24, д. Ключино — 3, д. Ивановка (Залегощенского района) — 8, д. Васильевка — 8, д. Фёдоровка — 5, д. Трудки (Верховского района) — 2, д. Крутое — 2, д. Елагино — 4, д. Мелевое — 133 (третье захоронение по количеству погибших), с. Корсунь — 284 (второе), д. Лохмат-Корсунь — 19, д. Скородино — 9, д. Кирское — 2, д. Лохматовка, северо-западнее д. Фёдоровка, — 29 человек. Всего же названы в документах дивизии 34 населённых пункта, в которых или у которых спят вечным сном 1296 гвардейцев.

Во второй половине 60-х годов XX века в Орловской области прошла волна перезахоронений, в результате которой значительная часть небольших и одиночных могил исчезла, а останки солдат из этих захоронений были перенесены в основном в более крупные братские могилы. На той территории, о которой я рассказывал, имеются сейчас две могилы, в которых захоронено большое количество воинов 6-й гвардейской стрелковой дивизии — в селе Трудки (Покровского района) и в селе Корсунь (Верховского). Есть ещё одна небольшая могила в деревне Фёдоровка (Верховского района). Но вот все ли погибшие бойцы и командиры прославленной дивизии нашли вечный покой именно в этих захоронениях? Не остался ли кто-либо из воинов в одной из забытых в горячке и суматохе нынешнего времени могил? Ведь слишком много было этих захоронений. Эдуард Михайлович Студенников хочет, чтобы орловские поисковики и краеведы помогли ему, москвичу, полковнику запаса, чтящему память своего отца, и развеяли его сомнения по этому поводу.

Похоронные команды своё дело тогда, в войну, сделали. А мы?


Александр Полынкин
АП "Красная Строка"
http://www.orelcity.ru/news.php?id=2140
Даешь дискуссию! Мы за право на свободу выражения мнения! Нет политической дискриминации! Архив